Коротая время, заварили кофе и играли в карты и домино. Димон махлевал, как заправский кидала, и, конечно же, выигрывал. Когда разрыв стал совсем уж неприличным, поступило предложение сходить Димону проверить растяжки на Бастере,- а Борменталь его подменит разочек… заодно и счет подровняет.
К вечеру поутихло. Поставили лагерь, приготовили ужин. Дружно сидели весь вечер у потрескивающего костра, на белом песке. Любовались бушующим морем, играли в «Контакт» и веселились. На горизонте со всех сторон сверкали молнии – огромные, на полнеба и совсем маленькие. В самый разгар игры стихия вспомнила, что на маленьком острове посреди бушующего моря могут быть люди, и неплохо бы им продемонстрировать свой вздорный характер. Едва мы успели попрятаться, она потеряла к нам всякий интерес, вновь обратив свое внимание на материк.
Утро порадовало несколькими часами штиля. Но на море начинали резвиться барашки, и ветер крепчал. Мы откровенно недооценили коварство водохранилищ. Кременчугское стало особенно тяжелым испытанием. Едва высунулись за остров, стало ясно – день будет тяжелым. Мы шли в шторм. Не думаю, что сильный шторм, по меркам этих мест, но для наших утлых суденышек, как и для капитанов, это оказалось серьезнейшим испытанием. Приходилось ловить каждую волну, варьируя скоростью и выкручивая руль. Несколько спасало направление ветра – косой кормовой. Нужно переползать с одной волны на другую, несколько обгоняя их. Попадались «жирные» волны, опухающие под нами и раздувающие ненасытное брюхо, - надрывно гудит мотор на полную мощность, а она засасывает, и не в силах мы одолеть ее непреступную вершину. А к корме уже подкрадывается следующая и хочет сожрать нас. Наконец, взята высота – корпус лодки выходит вперед, и, зависая кормой на волне, смотришь в разверзшуюся пасть, и ужас охватывает – под нами не менее 5 метров! Дух захватывает, и держишься руками и ногами за все выступающие части лодки. Страшно, но без таких моментов жизнь становится пресной и однообразной. Есть и другие волны – те самые «барашки», скачущие по морю то тут, то там. Взобраться на них не так сложно, но одно неверное движение, и, срезая ее верхушку, лодка ныряет в нее и надрывается помпа, откачивая воду. В панике Зандер взбирается на задний диван, всем своим видом показывая, что тонуть в его планы не входило – он еще слишком молодой лабрадор. Помпа работает беспрерывно. Следить за курсом, высматривать сети, приглядывать за Зандером – чтобы не вылетел из лодки, да и самой держаться всем, чем только можно – с этим я еще справлялась. Иногда успевала оглянуться – «Шалений» всегда на хвосте. За ним трудно разглядеть «Борменталя» в такой болтанке. Вдруг по рации поступает сообщение – Борменталь отстал и потерял нас из виду. Стоило, конечно, дождаться, пока две впередиидущие лодки скроются за горизонтом, чтобы напомнить о себе. Останавливаться опасно. Сбавляем ход до 10-15 км/ч, но Бастер не может идти меньше 25-28 км/ч – начинает зарываться носом и черпать воду, поэтому вынужден уходить вперед. А Борменталь все не появляется – он идет с такой же скоростью, как и мы. Казалось, вечность прошла, пока Гагарин доложил в рацию:
- Мы видим вас, Клякса!... когда и вы, и мы на гребне…
- Отлично, пробуем идти в диапазоне 10-20 км/ч, старайтесь не отставать!
Но Бастер уже почти нельзя разглядеть. К счастью по левому борту в далеке просматривается берег. Даем Шаленому ориентир – высокая заводская труба, на которую держим курс, придерживаясь судового хода. Место для чалки неудачное – под ветром, но до другого берега по встречной волне мы не дойдем.
Попытка Бастера причалить в назначенном месте едва не привела к катастрофе – лодку накрыло с полтонны воды. Димон в воде пытался удержать лодку… Следующая волна … Не растерявшись, Ириска спасла ситуацию: мигом завела движок, развернула лодку и, подобрав капитана, отошла на безопасное расстояние. Нужно идти дальше, вдоль берега. Но здесь за каждой волной лодку подстерегают притаившиеся сети. При такой болтанке успеваешь только в последний момент разглядеть буи, и не всегда удается увернуться от них. Наконец, за едва прорисовывающимся мысом удалось причалить. Вскоре подошли Клякса с Борменталем. Димон выглядел несколько озадаченным: не держит якорь, отказала помпа, - но, глядя в сияющие глаза Ириски меркли все технические проблемы. Ириска с восхищением смотрела на своего отважного капитана и ему это придавало сил и уверенного спокойствия – ему есть для кого покорять все стихии мира.
Оставаться здесь плохо – якоря не рассчитаны на такие нагрузки, растяжки не держат, но и идти по такой воде нельзя. Борменталь насобирал на берегу бутылок, наполнил их песком, сложил в сетку и еще долго нырял, прикапывая свой «якорь». В Бастере было уже выше щиколотки воды. Тапочки и спальники плавали, как яхты и баржи по водохранилищу. Вода уже подбиралась к верхней крышке аккумулятора, чтобы веселым фейерверком замкнуть всю электрику, и Ириска с Гагариным схватились за кастрюли – спасать героический Титаник.
Через 3 часа экипаж Кляксы вернулся с закупки. В поселке не было света – вчерашняя гроза не прошла даром. В соседних поселках такая же картина. Аварийка едва справлялась с работой. Доктор Борменталь уже «вылечил» помпу и Бастер был на плаву. К этому времени море как будто поутихло. Двинулись дальше.
Оставалось пройти еще порядка 30 км по водохранилищу, когда на Кляксе появился неприятный свист в моторе. На ходу капитаны совещаются по рации что это может быть и как с этим бороться. На малом ходу свист пропадает. Пробуем зачалиться на каменной отсыпке, - она вся усеяна птичьими гнездами и издали слышно, как жутко она воняет. Вокруг отсыпки глубоко, волны бьются об огромные валуны даже с подветренной стороны. Отказываемся от этой идеи и пробуем идти дальше на малом ходу в Черкассы. Через какое-то время смелеем и понемногу добавляем скорость. Свист то появляется, то пропадает. Проверено все, что можно проверить на воде. Добравшись до Черкасс, разобрали все, что вызывало подозрение. Все чисто, ничего не нашли. Пробуем идти дальше. Все тихо.
Солнце садится, но Капитан не спешит становиться на ночлег – на сегодня у него припасен еще один сюрприз для команды. В Тубольцах уже ждут нас друзья на острове. И опять наше дежурство… Теплый вечер в компании друзей, воспоминания, походы, шашлыки и планы на будущее…
Утром выставились в устье Роси порыбачить. Вскоре спиннинг Капитана отозвался привычным тычком – подсечка – и судак-килушка поднимается на поверхность. На другой точке клюнул хороший окунь. Для этих мест улов откровенно слабоват, и нам пора идти на Канев. В половине города нет света – все те же молнии. На шлюзе приветливая женщина нас узнала и слегка огорошила: «Завтра шлюз на целый день закрывается на профилактику. Такое не часто бывает – раза 2 в год. Так что, повезло вам, что сегодня идете».
На подступах к Киеву был аншлаг: на каждом острове, в каждой ложбинке, на каждой полянке стояли люди, лодки, палатки. Катера, яхты, лайнеры, водные мотоциклы носятся по водной магистрали. Хоть бы в пробку не стать под Киевом…
В последний вечер говорили о походе – о самых счастливых его моментах в нашей жизни и самых тяжелых, об удачах и испытаниях. И начинают всплывать в умах, пока еще расплывчатые и туманные картины следующих путешествий. На байдарках? На джипах? На катамаранах? Но это уже будет совсем другая история. А сегодня… Королевская ночь!
На протяжении всего обратного пути в памяти частенько всплывал старый добрый мультик из детства про тигренка, который отправился гулять с обезьяной. По дороге они встречали друзей, пели песенку, и им было хорошо и весело. А когда пришло время возвращаться домой, с каждым оставшимся дома другом становилось все грустней.… С каждым километром все сильнее ощущался приближающийся день возвращения домой.
P.S. В последний день на «Фортуне Борменталя» накрылась помпа. Волна от мечущихся по Днепру «лайнеров» подловила расслабившегося «счастливчика» и залила ему литров 200 напоследок. Уже в Киеве, на судовом ходу, у него закончился бензин - перед самой баржой. А, поднимая лодку на лафет, Борменталь припалил сцепление.